Мне знакома каждая палатка akkordi

Песни из кинофильмов - Песенка Юры :: Аккорды и тексты песен на Одуванчике

Теперь мне ясно видно с высоты, Что обманул меня совсем не ты. Девочке в белом халате Аньке из детского дома в женской четвертой палате каждая малость знакома. .. Вот такая песня, аккорды постараюсь подбрать. Греет сердце костер, и доносится смех из палатки, Где охотник нам врет, Что. D7 Gm A7 Dm Hо ты мне, yлица pодная, Gm A7 C7 F И в непогодy доpога. D7 Gm C7 F Мне знакома каждая палатка, Где нальют мне кружечку пивка. Предстоит учиться мне в университете! До чего .. Но я уверен - услышишь первые ноты - вспомнишь. Да они и И ещё. Мне кажется каждая вторая песня Суханова - романс. Мне знакома каждая палатка.

И услышать как метели зашуруют под фрамугой, и увидеть Ян и Хелен, и увидеть Ян и Хелен улыбаются друг другу, улыбаются друг другу.

А однажды, утром ранним, вдруг отьехать от перрона прямо в сторону бурана, где уже не будет Хелен, где уже не будет Яна, да ни Хелен и ни Яна. Пускай они при дьяволах, при ангелах живут, и все-таки, и все-таки, и все-таки мы тут, и все-таки мы шумствуем облавой озорной: Ату, ату, мазуриков, достань их под полой! Достань их из под должности, ползучих раскоряк, пусть лагерь наш под выстрелом, отец?

Калужской песенной привычной бывает Думаю когда-нибудь и я Синевою подмосковных рощ ж накрапывает колокольный дождь.

Покамест день не встал с его страстями стравленными, секу? Эй, вот она, держи по линиям по линиям! Любовь пытаясь удержать Last-modified: Hm F Hm Я подозвал коня. Конь мой узнал. Будет лететь мой конь Птицей по над рекой. Будет играть гривой разметанной, он у меня. G A D Взрослым так просто, все знают они наперед.

H7 Em Em7 F Ну а подросток, пока он еще подрастет, только. Я не возьмусь за плеть.

мне знакома каждая палатка akkordi

Вот и решил он чистой дорогою белой подковой звенеть. Рубашка из крапивного листа. Em Am Сколько я бродил, сколько колесил. H7 Em Сколько башмаков даром износил. Am Только не встречал тех, кто просто так H7 Em Задарма чинил башмаки бродяг. Em Am Мне с календарем очень повезло. H7 Em У бродяг всегда, представьте, красное число. G Am Красен солнца диск на закате дня.

D7 G H7 Значит выходной, представьте, завтра у. Em E7 Am Я сошью себе рубаху из крапивного листа. Em H7 Em Чтобы тело не потело, не зудело.

Где б я не бродил, где б не колесил, Все плащи дождей на плечах носил. Только не встречал по дорогам я, Тех, кто б даром пел лучше соловья. Где поставлю свой дом - не решил. Только будет он, представьте, вовсе без замка.

Будет в доме том полыхать очаг, Только где уж вам представить дверь, да без ключа? Я сошью себе рубаху из крапивного листа. Чтобы тело не потело, не зудело. C Что-то мою пулю долго отливают, что-то мою волю прячут отнимают.

Пуля горяча, пуля горяча. Я спрошу у волка, где ее дорога, я спрошу у черта, иль я недотрога. Догони меня, догони меня, да лицом в траву урони меня, Утоли печаль, приложи печать. Ждет меня бесчестье, или ждет бессмертье? У твоей калитки на дороге смерти. Указать, Какие именно я не могу, потому как не знаю. Пора мы уходим еще молодые со списком еще не приснившихся снов с последним счастливым сияньем России на фосфорных рифмах последних стихов. А мы ведь поди вдохновение знали нам жить бы казалось а книгам расти но музы безродные нас доконали и ныне пора нам из мира уйти.

И не беда что боимся обидеть своею свободой добрых людей нам просто пора да и лучше не видеть всего что сокрыто от прочих очей. Не видеть всей муки и прелести мира окна в отдаленьи поймавшего луч лунатиков смирных в солдатских мундирах высокого неба внимательных туч. Всего что томит обвивается ранит: Теперь переходим с порога мирского в ту область как хочешь ее назови пустыня ли смерть отрешенье от слова иль может быть проще молчанье любви. Молчанье далекой дороги тележной где в пене цветов колея не видна молчанье Отчизны любви безнадежной молчанье зарницы молчанье зерна.

О том ли что не вечен ни этот нежный цвет ни этот летний вечер ни вяз ни бересклет ни эта юность года ни молодость певца который ждет приплода и вырастит птенца.

И слушателям тоже на краткий миг всего дан этот мир погожий и мир в душе его а память только повод к печали только груз черемуховый холод неведомая грусть. Везде так грустно жизнь везде темна но знаю есть прекрасная страна там пальмы синь поет страна Фарландия и не грусти не лей напрасных слез и не печалься что взорвали мост в Фарландии произойдет свидание.

Пальмы качаются пальмы качаются да-да-да Здесь все в бесчувствии не ворочусь сюда никогда пальмы для птах приют влагу ведь пальмы пьют мимм-аммм-ми спим сбросив горести в снах снова кормимся пальмами.

Пальмы качаются пальмы качаются все не засну едем в Фарландию хрупкую сладкую нашу страну нашу страну Там по ступеням светотеней прямыми крыльями стуча сновала радуга видений и вдоль и поперек луча был очевиден и понятен пространства замкнутого шар сплетенье линий лепет пятен мелькание брачущихся пар.

Я завещаю вам шиповник весь полный света как фонарь июльских бабочек письмовник задворков праздничный словарь едва калитку отворяли в его корзинке сам собой как струны в запертом рояле гудел и звякал разнобой. Я завещаю вам шиповник Однажды она упала длинные-длинные ночи черное-черное горе серебряный колокольчик. Однажды она упала где я проходил мимо я взял ее в свои руки я дал птице имя.

Теперь у меня есть птица кричу я себе осторожно чтобы никто не услышал я ждал тебя желтый Теперь у меня есть птица кричал я себе осторожно чтобы никто не услышал я ждал тебя желтый Я буду твоим домом я стану твоей крышей я тоже был ранен желтый клетку построил, вышел. Та птица взлетела утром тонкие руки крылья серебряный колокольчик у птицы осталось имя.

А куры, куры там есть? Ах это так печально от нас ушел наш друг и мы теперь ночами глядим на звездный круг о том как приручают забыли мы игру ах это так печально от нас ушел наш друг. Он ускользнул внезапно как огонек свечи и через год и завтра кричи не докричишь в свои большие замки где льет закат лучи он ускользнул внезапно как огонек свечи.

Там на его планете свирепых нет собак и куриц тоже нету а значит мне труба побыть с ним на планете выходит не судьба а на планете этой свирепых нет собак.

Там на планете этой конечно взрослых нет и самолетов нету а значит мне конец побыть с ним на планете не выпадает мне а на планете этой конечно взрослых. Мы так теперь скучаем наш друг ушел от нас завесившись молчаньем смотреть бы сорок раз как солнце беспечально свой закрывает глаз ах это так печально наш друг ушел от.

Глядим мы каждой ночью на звездные цветы и среди многих прочих и грешных и святых среди тумана клочьев небесной суеты хотим найти мы очень хотя б его следы Мы ищем каждой ночью его звезду во тьме и хочется нам очень его услышать смех прозрачный и непрочный как только он умел мы ищем каждой ночью его звезду во тьме.

Там на его планете, там на его планете Мела слепящая метель и те которых мы любили в метель как в память уходили предназначался новый день. От сонных сахарных домов шел запах хвои и печенья год начинался с отреченья от дней что минули. А мы от памяти устав приставив лесенку как нежность на елку вешали надежды и елка высилась Метель так заданно мела и торопливая погода метели ветреной в угоду несла грядущие дела.

Происходила смена года, происходила смена года. Далекий труден путь и негде отдохнуть в глаза твои взглянуть все забыть и уснуть я снова вдаль гляжу я скоро ухожу ни слова не скажу только песню сложу.

Я собираю вновь обрывки старых снов невысказанных слов несозданных стихов. Он исчез и опять появился вновь ресниц удивительных взмах может просто весь мир отразился в этих светлых прозрачных глазах.

Осознал я свое заблужденье лишь от глаз оторвался твоих это мир весь вокруг отраженье ж того мира что видел я в.

И вновь они из зеркала глядят и их не отличить от глаз моих опять спешу я отвести свой взгляд от сверлящего душу взгляда. Но в чьи глаза скажите мне смотреть ищу их и нигде не нахожу и сам себе я снова буду петь и я опять в глаза свои гляжу.

Он грезил о светлых далеких годах когда он был юн и красив он думал о добрых хороших друзьях о тьме и тоске позабыв. И сколько веков пролетело с тех пор наверное сам он не знал но снова и снова во сне разговор с друзьями старик продолжал. И снова о помощи их он просил он знал сочтены его дни но верил что выжить хватило бы сил когда б были рядом.

Внезапно проснувшись глаза он открыл услышал как скрипнула дверь и радостный трепет его охватил друзья были рядом теперь И тихо уснул улыбаясь старик как будто забыл как страдал лишь чаек был жутко пронзительным крик да ветер скрипел и стонал. А время бежит пролетают века меняя обличье земли но вечно хранить будет сон старика лишь ветер и чайки вдали. От ветра стужи и огня его надежно спрятал я он вновь обрадует меня и прочь уйдет печаль.

И так понятно отчего его я бережно хранил ведь драгоценней ничего никто мне в жизни не дарил. Я правда все отдать готов за твой подарок дорогой за несколько хороших слов когда-то сказанных. Как часто ошибался я и сколько долгих лет увы дорога шла моя на тусклый ложный свет. То солнце мне глаза слепит то долгие века мой небосклон надежно скрыв нависли облака Но что грустить и горевать ведь жизнь идет вперед и все же верю я опять звезда моя взойдет.

Вела вперед дорога моя я шел на свет вдали и в тоже время поверженный я лежал в дорожной пыли. Затем я встретил старых друзей был короток наш разговор я стал гораздо мрачней и грустней и тише с недавних пор. Как странно другим совершенно я стал и дни как столетья прошли я понял все помнят того кто лежал повержен в дорожной пыли. И глядя вокруг осознал я тогда что зря я боролся с собой и грустно и тихо поплелся туда где шел мой проигранный бой. Вернуться туда невозможно и рассказать нельзя как был переполнен блаженством этот райский сад камень лежит у жасмина под этим камнем клад белый-белый день белый-белый день.

Выпало лето холодной иголкой из онемелой руки тишины и запропало в потемках за полкой за штукатуркой мышиной стены. Если считаться начну я не вправе даже на этот пожар за окном верно еще рассыпается гравий под осторожным ее каблуком.

Там в заоконном тревожном покое вне моего бытия и жилья в желтом и синем красном на что ей память моя что ей память. Осень видно и впрямь хороша то ли это она колобродит то ли злая живая душа разговоры с собою заводит. То ли сам я к себе не привык плыть бы мне до чужих понизовий петь бы мне как поет плотовщик побольней потемней победовей. На плоту натянуть дождевик петь бы шапку надвинув на брови как поет на реке плотовщик о своей невозвратной любови.

Не будет из них толку.

Патриотические песни

Что нас всех ждет в будущем? Полный крах, никакого просвета Прозвенел звонок, и коридор наполнился детским визгом и гамом. Деревянным, пластмассовым, гипсовым, восковым, металлическим. Выточенным из слоновой кости, бронзы и мрамора.

Крошечным, величиной с наперсток, и огромным, вроде поднявшейся на задние лапы гориллы. Они глядели на него разноцветными немигающими глазами, с застывшими улыбками или гримасами, неподвижные и безмолвные. С печальными, веселыми, сердитыми, утомленными, жестокими, трогательными лицами и мордами. Некоторые из кукол могли "оживать", если Драгуров копался во внутренних механизмах, трогал колесики, пружины, шестеренки, припаивал электронные платы, чинил испортившиеся микросхемы, подсоединял блоки питания.

Таких современных игрушек здесь было больше трети. Остальные обычные, дорогие своим владельцам по каким-то особым причинам и потому не выброшенные на помойку, а дожидавшиеся ремонта.

Владислав считался одним из лучших специалистов в своем деле. Он относился ко всем одинаково, с нежностью и любовью, жалея их, как врач пациентов, и с грустью расставался с ними после "выздоровления", когда приходила пора возвращать кукол хозяевам.

Перед тем как запереть мастерскую, Владислав ещё раз бросил прощальный взгляд на своих питомцев. При поступлении каждую из кукол он обязательно фотографировал "полароидом", чтобы между ним и владельцем не возникало разногласий по поводу качества выполненной работы. Сегодня он принял почти две дюжины заказов. В основном требовался мелкий, косметический ремонт. Но были и серьезные поломки. Здесь предстояло потрудиться как следует. Одна из игрушек вызвала особенную тревогу.

По сути это был металлический хлам, и, наверное, стоило даже отказаться принимать его, но Владиславу отчего-то захотелось в очередной раз испробовать свои силы, исправить безжизненную куклу. Кроме того, он искренне посочувствовал клиенту - ветхому старикану, с сучковатой палкой в руках, одетому, несмотря на теплый сентябрьский день, в меховое пальто. Игрушка была тщательно завернута в простыню. Старик с гордостью сообщил, что вывез куклу ещё в конце сороковых из Маньчжурии. Но сделана она была, судя по всему, в начале века в России.

Как кукла попала в Китай, объяснить трудно. Ни один известный Драгурову мастер не был причастен к этому творению. Очевидно, тут работал какой-то талантливый любитель. Старик уверял Владислава, что кукла умеет говорить, петь и выполнять несложные движения, надо только разобраться в механизме. Недавно его зять погиб в автокатастрофе, в машине находилась и эта игрушка.

Но ей повезло. Впрочем, она и не могла умереть. Так что уж постарайтесь, ради бога Когда заказчик ушел, Драгуров поставил куклу на стол и сфотографировал её. Это был металлический ребенок, мальчик, сантиметров сорока в высоту, улыбающийся, держащий в руках лютню; одна нога его опиралась на чью-то отрубленную голову с закрытыми глазами, другую обвивала змея; через плечо висел лук, за спиной - колчан со стрелами.

Кое-какие детали этой странной композиции старик принес в отдельном пакете, объяснив, что к чему крепится. Механизм находился внутри, к нему можно было подобраться, отделив верхнюю часть туловища, вращая её против часовой стрелки, от нижней. Драгуров пока ещё не знал, с чего начать, поэтому отложил работу на сутки. Покидая мастерскую, он снова взглянул на злополучную игрушку - и неожиданно вздрогнул. Ему показалось, что металлический мальчик также следит за ним, сощурив.

Карина посмотрела на мужа, вскинув тонкие брови: Я ведь пригласил этого мальчишку. Совсем вылетело из памяти. Владислав, торопливо поднявшись, направился к двери. Я бы надела вечернее платье и драгоценности, язвительно бросила ему вслед Карина, обменявшись с дочерью недовольными взглядами. Им обеим этот визит был не по душе. Мальчик, которого Владислав слегка подталкивал сзади, появившись на кухне, сразу почувствовал их настроение.

На лице его мелькнула мстительная улыбка, но он вежливо поздоровался, скромно сел на подставленный Кариной стул, между ней и дочерью. Или ты обнаружила у него на лбу золотую монету? Она таких и не видела, - сказал мальчик. Вообще-то "Наполеон" был куплен ко дню рождения дочки, но теперь оказался на столе. Глаза у Геры жадно блеснули. Галя обиженно надула губы и отвернулась. И от торта с чаем никуда не денешься.

Если только не прыгнешь в окно. Я не сомневаюсь, что ты способен на все, - сказала Карина. Но устраивай свои фокусы в другом месте. Не в нашей квартире. Драгуров еле успел ухватить Геру за руку - так резво тот бросился к открытому окну. Он почти насильно усадил мальчика обратно на стул. Такие фильмы мне противопоказаны. Дальше Герасим вел себя вполне нормально.

Сидел за столом чинно, не крошил хлеб и не давился тортом. Отвечал на вопросы вежливо, хотя вяло и как-то неопределенно. Искоса бросал пронизывающие взгляды на хозяев, будто пытался понять, кто что собой представляет. Со своей ровесницей Галей почти не разговаривал. Правда, и она к нему не обратилась ни разу.

Карина, знавшая о госте больше других, напряженно молчала, а когда к ней обращался муж, отвечала невпопад. К концу вечера все настолько устали от общения, словно перетаскали с этажа на этаж тонну груза. Атмосферное давление - понятное. Она стояла перед открытой дверью туалета. Там, на кафельном полу, блестела лужа. Поскольку ей постоянно приходилось бегать из ванной на кухню, вода переливалась через край и на полу оставались следы босых ног. Вот и сейчас она помчалась на грозный окрик, забыв завернуть кран.

Она выпила протянутую стопку, подхватила из миски огурчик. Только бы не разозлился, а то начнет - не остановишь. Но и бессловесная, животная покорность вызывала у него раздражение. Он пришел в эту семью с улицы, не имея ни кола ни двора, но отчего-то считал и жену, и пасынка обузой на своей шее.

Хотя вообще за все сорок пять лет своей жизни никогда толком не работал. Сидел раза три по мелочевке, мог стянуть что плохо лежало, орал в поддержку демократов, освободивших его от угрозы статьи за тунеядство Лицо - темно-коричневое, совсем испитое - на вид можно дать и шестьдесят.

Внутри у него - и в животе и в голове - уже давно все сгнило, тусклые глаза загорались лишь при мысли о водке, но драться по пьяному делу он любил и умел. Первый её муж был гораздо. Тот хоть на приличной работе вкалывал, правда, денег в последние годы ему все равно не платили, но зато рюмки опрокидывал лишь по воскресным дням да праздникам.

Сама виновата, что довела мужика до петли Хотела перекреститься, но рука не поднялась под пристальным и жестким взглядом. Лучше бы уж позже пришел, когда этот чумовой спать завалится. Она побежала к раковине, где журчала вода, успев шепнуть сыну на ухо, чтоб был попокладистее, не возникал.

Два мужика в доме - как волк и волчонок, того и гляди перегрызут друг другу горло. Смотрел не мигая, буравя того глазами, и это подействовало. Пьяный немного смягчился, забыв, зачем звал мальчика. Как космонавт в невесомости. Распустился без отцовской руки.

Поживи с мое - поймешь что к чему. Я в твои годы А ты чего меня дядей Вовой, а не папой кличешь? Ты должен меня батей называть, по закону. Я тебя усыновил, заразу такую. И ты меня век помнить. И Клавка, кобыла заезженная. Отчима, прикончившего вторую бутылку, окончательно развезло. Положив здоровенные кулаки на стол, он пережевывал сало и уже не говорил, а что-то мычал: Еще минут десять, и придется вместе с матерью волочь отчима к кровати.

Видел вчера, - чуть отрезвел. У тебя дома нет? Дочка их в меня втюрилась. Ничего деваха, ногастая. Уже и сейчас есть за что подержаться. Хотя я в твои годы уже столько девок попортил В рабочем городке жил, а там Гера отскочил к плите, на которой закипала кастрюля с бульоном из говяжьих мослов.

И в это мгновение кипящий бульон выплеснулся ему на голову. Гера юркнул в коридор, слыша за спиной звериные вопли отчима. Почему - он и сам не мог себе объяснить. Ночь, темнота, все, что связано с луной, тяготили его, таили некую опасную тайну, к которой Владислав боялся прикоснуться. Порою он ощущал себя просто большим ребенком, вынужденным притворяться и играть во взрослого, не понимая и не принимая навязываемых ему правил.

Возможно, именно поэтому он и выбрал столь редкую профессию - кукольный мастер. Может, именно оттого и находил больше смысла в жизни детей, чем в жизни тех, кто их породил. Жена что-то прошептала во сне. Он не разобрал, скорее, почувствовал: Сам он сейчас думал про этого паренька, который случайно вторгся в их жизнь. Хотя, собственно, ничего и не произошло: Выкинуть его из их крохотного семейного мира, выбросить из головы и больше не замечать.

Еще лучше надрать уши. Но воспоминания о нем невидимо звенели в темноте, словно комар, способный превратить ночь в бессонный ужас, когда приходится постоянно вскакивать с постели, зажигать свет, искать зловредное насекомое по всем уголкам и, не найдя, валиться в изнеможении обратно, стараясь заснуть, а потом ждать, напряженно ждать, когда он все-таки обхитрит тебя и вонзит свой острый хоботок в твою кожу.

Было в этом ожидании новой встречи с мальчиком что-то мистическое, инфернальное, будто предопределенное судьбой, и Владислав чувствовал. Они как бы наконец-то сошлись, идя несколько лет навстречу друг другу. Потом мысли кукольного мастера перекинулись к появившейся сегодня в его мастерской новой игрушке. И это также показалось ему не случайным, наоборот, чрезвычайно важным, знаковым событием. Кто-то словно разбрасывал перед ним метки, в которых он должен был разобраться.

Стоило только тому старикану выложить на стол куклу, высвободив её из простыни, Владислава кольнуло в сердце: Он уже видел его утром - в этом не было никаких сомнений. Та же улыбка, тот же овал лица. И, что самое удивительное, взгляд. Хотя как можно всерьез говорить о каком-то взгляде у безжизненного куска железа, пусть даже и приобретшего форму человеческого тела?

Песни из кинофильмов - у меня идет все в жизни гладко. Текст, аккорды, видео урок.

И все, все же Ведь и вещи умеют смотреть на своего нового хозяина. Старик, мастер и кукла - все трое улыбались друг другу, как попавшие в одну клинику тяжело больные, ожидающие операции и не ведающие, что ждет их впереди. Владислав заворочался, потревожив спящую жену, и та отвернулась, разметав черные длинные волосы по подушке. Приподнявшись на локте, он стал всматриваться в её бледное, словно выточенное из мрамора лицо. Галя унаследовала черты матери, подумал. Восточная кровь сильнее славянской.

Карина, будто почувствовав его взгляд, тяжело вздохнула, веки её дрогнули. Он осторожно отодвинулся, встал, прошел на кухню, где наконец-то включил свет. Хотелось пить, было душно, хотя из открытого окна доносилась ночная прохлада.

На новом месте все кажется таким неуютным, необжитым, тревожным, хотя и вселяющим какую-то надежду на счастливые перемены. И тут же он подумал, что никаких особых перемен ему в общем-то не.

Все и так слава богу! Не надо желать слишком многого. Сохранить бы то, что даровано тебе как величайшая милость, - семью, дом, любимое дело, покой. Никто не сможет отнять их у. Он пил холодный, горький, вяжущий чай, искоса поглядывая в растворенное окно, на улицу, упирающуюся в парк, шумный и веселый днем, а теперь, во втором часу ночи, похожий на огромного мертвого сенбернара. Так, на всякий случай. Да и Галинка давно просит Неожиданно его внимание привлекла странная картина, хотя, если разобраться, ничего особенного для этого времени не происходило.

Просто по улице пошатываясь брел какой-то пьянчужка, еле волоча ноги и прикладываясь к каждому фонарному столбу. Путь он держал прямо в парк - под сень деревьев, видно, облюбовав там место для ночлега. А за ним, на некотором расстоянии, скользили три короткие тени - эти тоже останавливались возле столбов, но явно прятались.

Все это имело одно объяснение: Намерения их были ясны. И в это время пьянчужка на всю улицу загорланил песню - одну из тех модных, в которых почти не было слов. Впрочем, он и так сократил их до минимума, а потом и вовсе внезапно умолк. Владислав понял, почему тени у "охотников" такие короткие. Ему показалось, что он даже узнал одного из. Пока он размышлял, пьяный добрался до парка и шагнул в его чрево.

Через пару минут туда же нырнули и его преследователи. Подождав ещё некоторое время и напряженно вслушиваясь в ночную тишину, он закрыл окно, ограждая свою крепость от внешнего мира. Эту ночь он спал плохо, что случалось с ним редко.

Обычно Владислав засыпал сразу же, слыша размеренное дыхание жены. Теперь же он словно погрузился в ледяной колодец, из которого никак не мог выбраться. Над его головой, где-то высоко-высоко, зависла багровая звезда. Глава вторая 1 Выскочив из подъезда, Гера решил: Пусть делают что хотят - пьют, дерутся, убивают друг друга Хоть бы они сгорели там заживо.

Он даже представил себе эту картину: А отчим пусть корчится в пламени, пока не превратится в головешку. Немного отдышавшись, Гера щелчком выдвинул из пачки "Мальборо" сигарету, прикурил от изящной зажигалки в виде маленького серебристого пистолетика. Затем неторопливо направился в сторону большого магазина, пиная по пути пластиковую бутылку. В "Барсе" продавалось почти все: Держателями заведения были азербайджанцы-беженцы, изрядно процветавшие, несмотря на свой скорбный статус.

Хозяин "Барса" недавно приобрел "мерседес", вдобавок к своей новенькой "тойоте", продавцы его также прочно обжились в Москве, чувствовали себя тут уверенно, как завоеватели-конкистадоры, не церемонясь с туземцами.

мне знакома каждая палатка akkordi

Благо что начальником местного отделения милиции полтора года назад тоже стал выходец с Кавказа. Столица России с некоторых пор вообще все больше превращалась в тюрко-язычный мегаполис, теряя остатки славянских черт.

У Геры к азерам было особое отношение. Он не забыл, как прошлым летом его избили трое подростков - племянники Магомета, владевшего тогда ещё не супермаркетом, а обычной коммерческой палаткой, правда, с тем же названием "Барс". Гера тогда купил жевательную резинку, но не получил сдачи какую-то ерунду, мелочь.

Но было обидно, что его так нагло и откровенно надувают, словно он слабоумный. Тот выскочил из палатки. Дело происходило днем, в три часа, на улице полно народу. Азербайджанец был выше и здоровее, но Гера, увидев перед собой злобное лицо, не сдержался и двинул кулаком прямо в пляшущий кадык. Может, потом он и убежал бы, пока чернявый подросток валялся на земле, да вслед за племянником выскочили ещё два его брата.

Один из них держал в руке пустую бутылку, другой - кастет.

  • Неопознанные песни
  • Авторская песня 90-х (Сборник песен с гитарными аккордами)

Сбитый с ног, Гера ужом завертелся на горячем асфальте, увертываясь от ударов. Но от шести ног не спрячешься, как ни извивайся. Они могли бы забить его насмерть - никто не вмешивался, здоровенные мужики опасливо проходили мимо, а некоторые задерживались в отдалении - поглядеть на бесплатное кино. Наконец какая-то русоволосая девушка влетела в самый эпицентр драки, отталкивая разъяренных азербайджанцев.

Напор её, сопровождаемый криком, был так неожидан, что те опешили, остановились, а может, и испугались. Трусости, как и злобы, у них было с избытком. Племянники ретировались обратно в палатку, а девушка нагнулась над Герой, чтобы помочь ему встать. Губы были разбиты, под глазом начинал оформляться синяк. Гера взглянул на неё с недоумением и досадой: Шла бы своей дорогой, мы тут сами разберемся. Теперь ещё и от родителей попадет. Пошли, я тебя хоть зеленкой смажу.

Тут недалеко, в соседнем доме. Гера хотел ответить ей что-нибудь резкое, но почему-то сдержался. Улыбка у неё была не обидной, не насмешливой. Обычное круглощекое лицо, васильковые. Пригляделся внимательнее - совсем девчонка, может, года на два-три старше.

Так они познакомились, а потом даже подружились, хотя виделись не столь часто, как хотелось бы Гере. Света училась в другой школе, в старших классах, у неё были свои интересы, а у него - совершенно иные. И это разъединяло их куда сильнее, чем возраст. Но все равно он иногда чувствовал себя её тенью. Он преследовал другую цель - наблюдал за продавцами и покупателями.

Племянники Магомета здесь не работали, они выполняли другие поручения. Сам хозяин появлялся в торговом зале изредка, заглядывая в различные секции и отдавая короткие указания. С лица его никогда не сходила широкая, будто намертво приклеенная улыбка.

Гера уже достаточно хорошо изучил планировку "Барса", в здании которого когда-то размещался кинотеатр. Теперь просмотровый зал был поделен на торговые отсеки, бывшие комнаты администрации стали офисом Магомета, буфет превратился в небольшой ресторан с отдельным входом, а в подвальных помещениях оборудовали склад. Кроме того, вплотную к "Барсу" Магомет пристроил ещё и двухэтажное зданьице, где обитали его нуждающиеся в жилье земляки.

Другая стена бывшего кинотеатра примыкала к двенадцатиэтажному дому, где жил Гера. На крышу "Барса" можно было попасть либо из окон второго этажа, либо по пожарной лестнице. А там уже, если обладать достаточной ловкостью, не составляло труда спуститься и на балкон общежития азеров, откуда наверняка был проход в сам магазин, вернее, в офис Магомета.

Это-то и являлось целью Герасима. Он уже давно продумал весь план, теперь оставалось лишь доработать кое-какие детали. Выйдя из "Барса", Гера столкнулся на углу улицы с двумя своими приятелями, которые также слонялись без дела и почти по тем же причинам, что он сам, не желали возвращаться домой.

Дылда был старше Геры на два года, а Жмох, похожий на маленькую вертлявую обезьянку, - на два года младше. От него разило потом и почему-то конским навозом. Ладони у Дылды были вечно потные, грязные, хотя сам он чрезвычайно гордился своей внешностью, не упуская случая заглянуть в любую зеркальную поверхность. Делать было все равно нечего, и Гера отправился вместе с дружками в подвал. Там стоял старый, протертый до дыр кожаный диван, повидавший на своем веку всякое, несколько колченогих стульев, обшарпанный стол.

С потолка свисала лампочка. В углу была свалена куча тряпья - пальто, одеяла, занавески; всем этим барахлом можно было укрыться в холодную ночь. Место отдыха оказалось занятым. В подвале уже разместились пятеро подростков, и среди них две девочки. Все они успели нанюхаться резинового клея из банки, стоявшей на столе, и теперь валялись вповалку, кто на диване, кто на полу.

Один из подростков так и лежал с полиэтиленовым пакетом на голове, с усилием втягивая воздух, который еле проникал в горло. Давай пока девок отдерем, что ли? Носком ботинка он задрал у одной из девчонок юбку, под которой ничего не. Так без трусов и ходит. Дылда оттолкнул его, стал расстегивать ширинку, но передумал. Пока Жмох и Дылда втягивали в себя аэрозоль из баллончика, Гера нагнулся над Кичей, стянул с его головы полиэтиленовый пакет и похлестал по щекам, приводя в чувство.

В сознание подросток так и не пришел, но зато задышал более ровно, с лица стала исчезать мертвенная бледность. Он уже "поплыл", и блаженная блуждающая улыбка стала растягивать губы. Так он и отключился - с этой идиотской маской на лице. Дылда продержался чуть дольше. Он ещё попытался встать, потянувшись к валявшейся на полу девчонке, но потерял равновесие, споткнулся и врезался головой в стол.

Затихнув, Дылда остался лежать на животе, подвернув под себя руки. Вытащив сигарету, Гера закурил, с презрением поглядывая на уложенных дурманом приятелей. Затем встал, пнул лежавшего на пути Дылду в бок и выбрался из подвала. Эти два с половиной часа он провел возле дома Светы, надеясь, что она выйдет со своим ротвейлером на прогулку. Но собаку повел выгуливать Светин отец, и Гера, хотя и был с ним знаком, не стал подходить ближе и вступать в разговоры. Чтобы лупить таких идиотов, как ты и все остальные.

Забредя в чужой квартал, Гера наткнулся на компанию "живчиков" во главе с их заводилой - Пернатым. Это были давнишние враги, и, поймай они его, потрепали бы от всей души.

Хорошо, что Гера первым заметил кодлу и успел юркнуть в переулок. Слыша за собой топот ног, запетлял проходными дворами и, оставив противников с носом, выбрался на свою территорию. Сюда "живчики" сунуться не посмели: Тут ему могли накостылять с превеликой охотой.

Накупив продуктов, Гера спустился в подвал. Почти все, очухавшись, уже разошлась по домам. Остались только Дылда, Жмох и Кича, резавшиеся за столом в карты. Тусклая лампочка освещала бледные потные лица, а глаза все ещё были пустые и оловянные. Его появление встретили радостными возгласами, карты полетели на пол, начался полуночный пир.

Насытившись, мальчишки отвалились на спинки стульев, разомлев от тепла и спертого воздуха. Он был примерно одного возраста с Дылдой. В морге бы ты был, - вставил Жмох, - если б с тебя пакет не сняли.

Пошли, что ли, пьяных поищем? Я знаю, где тут неподалеку один бомж ночует. Ему было все равно, кого бить и в кого совать свой "хобот". Хоть иногда, - заметил Гера. Однако присоединился к дружкам, отправившимся за ночными приключениями. Кича остался в подвале, заняв освободившийся диван.

Пьяненького мужичка, который, видать, возвращался с гулянки, хватаясь за каждый фонарный столб, они нашли довольно. Мужичок словно сам шел в руки, ничего не замечая. Он направлялся в парк, то ли намереваясь заночевать в старой беседке, то ли вообще не соображал, куда идет.

Форум Енот - Споём песню?

Не сегодня, так завтра. Они крались за мужичком до лесополосы, а потом, уже возле старой беседки, накинулись на него все разом, с трех сторон. Тот даже и не понял, что произошло. Минуту назад вокруг было все спокойно, и вдруг посыпались удары: Схватившись за голову, мужичок прислонился спиной к дереву, не пытаясь сопротивляться.

Кричать тоже не мог, лишь как-то по-бабьи взвизгивал. Дылда, метя прямо в лицо, пытался свалить его на землю, Гера отрабатывал удары ногой, а маленький Жмох орудовал подхваченной по дороге палкой.

Молодые волчата нападали яростно, жадно, распаляясь все больше и больше, а появившаяся на лице жертвы кровь взбудоражила их ещё сильнее. Теперь возле беседки слышались только глухое сопение и тяжелые звуки ударов, словно кто-то энергично месил тесто для пирога.

Мужичонка уже лежал на земле, вывернув руки и ноги, не подавая признаков жизни. То ли отключился, то ли действительно помер. Первым остановился Гера, тяжело дыша и отплевываясь. Злость и ненависть, переполнявшие его, вдруг резко пошли на убыль.

Он смотрел на валявшееся тело, которое ещё совсем недавно двигалось, шло к какой-то цели, и не узнавал ни себя, ни своих приятелей.

А те продолжали пинать ногами и бить палкой это напоминающее манекен туловище. Особенно свирепствовал Жмох, его даже пришлось оттащить в сторону. Он торопливо обшаривал карманы бомжа. Ничего ценного там не оказалось. Тогда Дылда, глупо гогоча, спустил с мужичонки штаны, расстегнул ширинку и, пристроившись, заработал бедрами. Жмох, ни в чем не уступавший своему старшему приятелю, попытался повторить то же самое, но у него ничего не вышло.

Тогда он подхватил с земли палку и загнал её бомжу в задний проход. Тело дернулось - очевидно, мужичонка был жив. Хорошее жаркое будет к утру!

Где-то неподалеку, у входа в лесопарк, раздалась трель милицейского свистка. Мелкие осколки покрывали капот и сиденья в салоне. Красть из машины было нечего. Он почему-то сразу подумал, что это сделал вчерашний мальчишка, Герасим. Возвращаясь в пятом часу утра из лесопарка, Гера действительно швырнул кирпичом в стекло "Жигулей".

Сам он также не смог бы объяснить, зачем это сделал. Наверное, таким способом просто хотел ещё раз напомнить о. Жив, целую, жду встречи. Подавив в себе бесполезный гнев, Владислав закрыл машину чехлом и отправился в мастерскую на метро. Дорога в подземке совсем выбила его из колеи. Душный, спертый воздух, монотонный шум, тысячи раскачивающихся, словно механические куклы, тел - все это действовало удручающе, давило на мозги. И только очутившись на рабочем месте, среди поломанных, ожидающих его возвращения игрушек, он почувствовал себя лучше, будто вырвался из плена.

Отложив все другие, в том числе срочные, дела, Владислав установил перед собой на столе нового питомца - мальчика с лютней и луком, как он мысленно окрестил его, и задумался.

Работа предстояла не легкая. Вздохнув, Драгуров начал разбирать куклу. Почти не отрываясь и не отзываясь на телефонные звонки, он провозился несколько часов, вплоть до самого обеда.

Затем наспех перекусил прихваченными из дома бутербродами и вскипятил на электрической плитке чайник. Предназначение этой странной головы Драгуров пока понять не мог - она заключала в себе какую-то аллегорию, но в работе механизма не принимала никакого участия.

Автор игрушки, обладавший несомненным мастерством и фантазией, вложил в свое детище определенный смысл, но разгадать его Владислав был не в состоянии.

Возможно, здесь присутствовали библейский сюжет либо миф. Нагой мальчик, попирающий чью-то голову со спутанными волосами Лютня, лук - символы искусства, войны Безмятежная улыбка на ангельском лице Драгуров был не силен в преданиях седой старины и не стал мучиться. Но техническая работа ему явно удавалась. Он словно бы почувствовал дыхание давно умершего мастера, его руку, волю и с новой энергией и силой приступил к возрождению игрушки.

Хитрый механизм должен был приводить в действие руки и голову мальчика. Говорить, как уверял дед, кукла, конечно же, не могла, но извлекать звуки на лютне - несомненно.

Струны этого инструмента представляли собой тонкие стальные нити, с которыми соприкасались пальчики куклы. В результате могла рождаться какая-то мелодия.

Такая же прочная нить, только потолще, соединяла концы лука. Каждая стрела в колчане, а всего их было шесть, входила в пазы на днище и крепилась особым крючочком. Вынуть их просто так, не сломав зажимы, оказалось невозможно.

Здесь была своя тайна, какая-то особая хитрость. Драгуров ещё не сумел разобраться во всем - слишком мудреную игрушку создал загадочный мастер. Но кое-что он уже понял. Например, змея, обвивавшая одну из ног мальчика, с помощью скрытой пружинки могла ползти вверх, словно скользя по бедру и талии, а потом замирала у горла.

При этом она ещё высовывала маленький раздвоенный язычок. Шарниры в туловище позволяли кукле наклоняться, поворачивать голову и кивать, двигать руками и даже сжимать кулачок.

Это была необычная, уникальная игрушка, и Драгуров уже нисколько не жалел, что взялся за её починку. Ему нравилось решать самые сложные задачи, а старик притащил именно то, что требовалось душе. Работа настолько затянула Владислава, что он позабыл о времени.

А когда взглянул на часы, оказалось, что уже пора ехать домой. За окнами мастерской давно было темно. Теперь ей показалось, что и потолки чересчур низкие, и стены, обклеенные новыми, выбранными ею же самой обоями, мрачноваты, и почему-то стал раздражающе подкапывать кран на кухне, а вид из окна на подступающий к улице лесопарк вовсе производил какое-то тревожное впечатление, словно в нем каждую ночь происходили страшные вещи.

Она заставила себя выбросить из головы эти мысли, занявшись уборкой квартиры, хотя все вокруг и так блестело чистотой. Повесила в комнате несколько семейных фотографий в паспарту, снимки родителей и кадры из кинофильмов, в которых снималась Карина. Это были роли второго плана, не главные, но все равно их набиралось почти два десятка и они запомнились зрителям. Раньше режиссеры охотно приглашали её, оценивая мягкую пластику, женственность, особую восточную печаль в глубоких черных глазах.

Потом кино вообще перестали снимать. На экраны поползла разная дрянь, полупорнография с садистским уклоном. Карине предлагали роли с откровенным насилием или половыми актами в кадре. Она даже слушать не хотела о подобном. Тогда о ней попросту забыли. Еще прежде, на съемках одного из фильмов, молодая актриса познакомилась с кукольником. Через год они поженились.

Роль супруги и матери стала для неё главной в жизни. Но вот теперь, когда дочери исполнилось двенадцать, а все домашние заботы как-то отодвинулись в сторону, Карина начала вновь скучать по своей профессии. Почему бы не попробовать вернуться на съемочную площадку, тем более что вчера неожиданно раздался телефонный звонок с одной из киностудий.

Как они её сумели разыскать, да ещё после переезда на новую квартиру, она не представляла. Звонил ассистент режиссера Клеточкина, с которым она когда-то работала в трех картинах. Сегодня они должны были встретиться. Мужу Карина ничего не сказала: Пусть будет то, что и должно случиться Встреча с Клеточкиным в павильоне киностудии "Лотос" была назначена на три часа. Карина уже давно привела себя в порядок, а после ванны и макияжа в зеркале отражалась молодая красивая женщина, чуть старше тридцати, с легкой улыбкой и выразительным взглядом.

Своим обликом она осталась вполне довольна. Интересно, какую роль собирается предложить ей Коля Клеточкин? Ей не терпелось поскорее отправиться на встречу, но задерживалась дочь, хотя должна была прийти полчаса. Может быть, гуляет с новыми подружками? Она то и дело подходила к окну, прислушивалась к лифту, к любому шуму за дверью квартиры. Так прошло ещё минут тридцать. Встреча с Клеточкиным срывалась, но сейчас уже было не до. Вновь всякие кошмары полезли в голову, весь мир вокруг был полон насильников и убийц.

Не выдержав, Карина торопливо вышла на улицу и стала поджидать дочь у подъезда. На скамейке сидели старушки. Нет, никто из них Галю не. А вот "Жигули" ваши ночью разбили. Скользнув взглядом по накрытой чехлом машине, Карина побежала в школу. Уроки в седьмом классе давно закончились, все разошлись по домам. Директор, сидевший в своем кабинете, попытался её успокоить. Я боюсь, что дочь могла пойти с.

Какие у них могут быть общие интересы? Вернувшись к своему дому, Карина в полной растерянности позвонила в обшарпанную дверь на пятом этаже. Открыл мужчина в трусах и майке, с испитым лицом. Сивушный запах был так силен, что Карина поморщилась. Мужчина заметил это и недобро усмехнулся. Дальше разговаривать было бессмысленно, и Карина, не дожидаясь новых оскорблений, торопливо пошла по лестнице вверх.

Мужчина что-то кричал вслед и смеялся, но она не слышала, закрыв ладонями уши. Придя домой, она устало опустилась на стул. Вздрогнула от резкого телефонного звонка, тотчас же схватив трубку.

Клеточкин, даже не поздоровавшись, обрушил не неё целый водопад гнева. Возможно, я зря психую. Когда Галя найдется, в чем я не сомневаюсь, приезжай. У меня для тебя есть интересное предложение. Он повесил трубку, не попрощавшись, а Карина продолжала ждать.

Время тянулось страшно медленно. Галя не появилась ни к пяти, ни к шести. В семь должен вернуться Владислав. Но в семь ни муж, ни дочь тоже не появились. И только тогда Карина почувствовала, что начинает сходить с ума.

Тогда все шло по-другому, и Гера хорошо помнил то время. Не было ни побоев, ни пьянок, ни постоянной вони в квартире. Даже ссорились они редко, а если и возникали у кого-то обиды, то проходили так же быстро, как летний дождь в солнечную погоду.

Отец относился и к нему, и к матери бережно, с нежностью, постоянно пытался развеселить. Он носил с собой огромный чемодан шуток и ещё целую авоську смешков. Он был очень веселым человеком. И при этом хорошо зарабатывал, служа в Министерстве энергетики. Занимал там какой-то ответственный пост. Писал пародийные стихи и юмористические рассказы, печатался в разных газетах и журналах, и весь гонорар также шел в семью.

А как было славно говорить, что "мой папа - писатель"! Сколько Гера себя помнил, он никогда ни в чем не нуждался и ему ничего не было. Ему было достаточно находиться рядом с отцом и матерью, отвечать на их любовь и жить счастливо.

А потом что-то сломалось. Не только в их семье, во многих других. Но это Гера понял гораздо позже. Большинство людей в бывшем Союзе мгновенно разорились дотла и оказались на улице. Остался без работы и отец. Торговать в переходах он не мог, да и не. Друзья сами выкарабкивались как умели, другие, более сноровистые и вороватые, - попросту вычеркнули его из своих списков.

Устроиться на новое место не получалось. Попробовал сунуться в магазин грузчиком - не хватило силенок. Мать, жившая все это время у него за спиной, как у Христа за пазухой, тем более не умела делать ничего путного.

Смех в доме стих, улыбки с лиц стерлись. Иногда не хватало денег на самую примитивную еду. А отец ещё умудрился в свое время влезть в долги, которые теперь надо было возвращать. Тут-то и начались ссоры, скандалы, взаимные оскорбления и обвинения.

Гера стал убегать из дома. Пару раз даже заночевал в подвале, но ни мать, ни отец словно не заметили. Им было не до. Они проходили новую для себя науку - выживания. Иногда не ночевала дома и мать, и это было уже совсем скверно - достаточно было взглянуть на отца. Он ходил по квартире, как пришибленный пес, жалкий, потерянный, какое-то подобие человека.

Куда делись его сила, энергия, ум, обаяние? Все сожрал мелькающий в телевизоре чмокающий свин, которого Гера, как и других опухших от пьянства и обжорства "благодетелей", возненавидел всей душой. Он вообще стал презирать и ненавидеть практически все человечество, усомнившись в его необходимости.

Жили бы на земле одни животные - было бы гораздо. Те хоть честно пожирают друг друга, когда хотят. Люди - убивают из чувства гадливого страха к самим.

Они равнодушны и ничтожны в своей прыти. Они любят измываться, лгать, ябедничать, совершать большие и маленькие подлости, пакостить. И каждый из них согласен пытать ближнего, дай лишь в руки нож или плетку.

Маленький Гера познал своим умом природу человеческих чувств и закрыл створки раковины, чтобы никто не смог коснуться его души. Родители больше не были для него ни идеалом, ни источником радости, ни объектом любви.

Вообще потеряли свою ценность, поскольку вся сила их, как оказалось, держалась только на благополучии. Но когда отец умер, Гера все равно плакал. Он же первым и обнаружил его висящим в раскрытом платяном шкафу, когда вернулся из школы. Словно это проветривалось старое пальто на вешалке, ехидно показывая ему язык. Гера в последний раз увидел на лице отца улыбку - жуткую улыбку смерти. Что происходило потом, было уже не так интересно.

Мать сменила несколько сожителей, пока в конце концов не появился этот козел, отчим. Гера жил своей жизнью. И в эту маленькую страну никому не было доступа. Темы для обсуждения были самыми разнообразными: Он в вашем доме живет.

Просто ты с ним ещё плохо знакома. За ним все девчонки бегают. И у него всегда куча денег. Если честно, я в него немножко влюблена. А вообще он злой и глупый. У него весь класс списывал. И он на одни пятерки учился, пока школу не бросил. Смазливый урод - вот он. Кстати, легок на помине. Герасим, чуть прихрамывая, шел им навстречу. Его загадочной улыбке на ангельском лице могла позавидовать сама Джоконда. Он действительно был очень красив: Не дойдя до девочек метров десять, Гера остановился и выкрикнул: Тебя Галя зовут, да?

А ты, Людка, отваливай. Остановившись перед Герасимом, Галя посмотрела ему в глаза, словно надеясь прочесть в них какую-то тайну. Но там было темно и бездонно. Ты не пугало, а я не ворона.

Зачем ты меня позвал? Тебе бы в кино сниматься. В роли дохлой кошки. Галя размахнулась, но Герасим перехватил её руку и сильно сжал пальцы. Этого делать нельзя, я злопамятный. Или тебя мамочка ждет?

Аккорды кукол (fb2)

Галя подумала и вновь поступила совсем не так, как хотела. Ресторан в магазине "Барс" днем работал как обычное кафе. Любители выпить сто грамм сюда заходили редко - цены кусались. Гера усадил спутницу за столик в уютной нише и, велев ждать, отправился к стойке бара. Бармен, усатый азербайджанец, смотрел на него круглыми, как железные рубли, глазами и почему-то вздыхал. Герасима он знал, видел здесь не один раз, но на приветствие не. Герасим молча прибавил к лежащим на стойке купюрам ещё столько же и, не оборачиваясь, пошел к своему столику.

Через пять минут перед ними стояло все, что он заказал.